Салют: как я жарила бургеры для вас

Не спрашивайте, как так вышло, что я ни разу не готовила на кухне в аврал. Я и сама чувствовала, что с этим надо что-то делать. Вот так собственно я и оказалась на кухне бургерной Салют. Почему бургеры и почему именно Салют? Потому что бургеры — это новая религия, пусть простят меня атеисты. И потому что Салют — это как Black Star Burger, то есть не столько еда, сколько культурная революция и культурный же код.

Для нижегородцев нормально стоять в очереди за бургером 40 минут. И это при том, что в кафе мы бы и половины этого времени ждать не стали. Есть, правда, в Нижнем ещё одна очередь… но в ней стоят уже кто ни попадя, поэтому шаурма на Средном перестаёт быть на гребне трендовой волны. А вот в салютовской очереди — сплошные серферы  и старлетки.

То есть, понятно, почему мне захотелось поготовить для вас именно на этой кухне, да?

В первый день высокий Кирилл провёл для меня инструктаж, рассказал обо всем как звезда ютуба и оставил в моей душе кучу вопросов, главный из которых — почему с такими способностями круто рассказывать о еде  он до сих пор не положил на лопатки мой бложик. Ну да это во мне наверняка профдеформация говорит.

 

 

Китель он мне выдал с собственного плеча. Мне он доходил до коленей, а по спине струилась сеточка, сексуальность которой зашкаливала. На левой груди нашивка Салют. Так-то у меня ещё одна грудь имеется и ее можно было бы украсить нашивкой собственного сайта, но я сразу не догадалась, поэтому пришлось таскать с собой везде логотипный скелет рыбы с адресом портала. В итоге он благополучно завалился за холодильник и отлеживался там вплоть до следующего дня, так что зарплаты в этом месяце не получит.

 

А ещё я забыла в ящике ключи от дома. Может, все происходящее оставило во мне настолько глубокий след, а, может, просто есть дорожки, с которых, если уж протоптал, потом фиг сойдешь. Салют и до этого был на моей личной карте города, а теперь ещё и помечен красным.

Когда я только договаривалась об этой акции сначала с Сергеем Ухановым, а потом и с Максом Куппером, выяснилось, что ребята эти не признают правил и расписаний. Поймать их — сложно,  забыть — невозможно, да и договориться раз и навсегда о чём-то надо суметь. Я сразу приняла правила игры: напоминать обо всем заранее и раз по двадцать, не боясь прослыть занудой. Как они с такими своими особенностями умудряются кормить этот город с руки — фиг знает. Видимо, лис знает много секретов, а ёж — один, но самый главный. И я лично явно не еж.

А вот на кухне как раз все чётко. Фабрика — кухня у них на Покре в Совке, оттуда фарш приезжает уже в виде котлет, а утка, креветки и стейки уже в вакуумированном виде. От котлет, и правда, глаз было не оторвать — такая нарядная мраморность и отличный аромат. Мясо даже на вид сочное, креветки — жирные.

Не сказать, чтобы ко мне сразу прониклись. Этому способствовали и мои игры в ревизорро. Ну не смогла я себе отказать в удовольствии проверить масло, печь, вытяжки, товарное соседство, маркировки. Я старалась, но косяков не нашла. Немного попереворачивала котлеты, пособирала бургеры, убедилась в том, что здорово торможу, но это обратимо, и ушла домой учить, в какой бургер какие соусы идут.

 

Настоящая жизнь началась во второй день, который был воскресеньем, а значит, одним из самых жарких. Осмелев после первого дня, я забыла выключить личный борзометр и в первый же час поделилась с главным в тот день по кухне Диманом своими мыслями о том, как надо жарить котлеты для бургеров. А именно о бессмысленности разных степеней прожарки (в стейках-то это оправданно, но в фарше структура волокон разрушена, тепло распределяется по-другому, да и вообще гигиеничнее welldone, потому что с таким количеством жира и при хорошем закрытии корочки, сок все равно никуда не денется).

В итоге оставшиеся несколько часов самая умная Катя потратила на то, чтобы Димаса расслабить. Напряженный татуированный бородатый мужик ужасно обрадовался, когда я порезалась ножом, залил всю мою руку чуть ли не по локоть перекисью и отлучил от сборки, хотя «рана» была с мышиный ноготок.

Но не стоит недооценивать мой борзометр, так просто со сборки меня прогнать не удалось. К счастью, подоспели мои друзья из VK Live Нижний Новгород, которые пилят стримы со всех интересных событий города. Я в Салюте оказалась именно таким событием, и недовольный бородач был вынужден сопеть рядом, пока я сорок минут как заведённая рассказывала на камеру, что же я здесь делаю, параллельно собирая бургеры. Кстати, удивительно, но во время болтовни на камеру у меня получалось значительно лучше и я даже ни разу не накосячила.

 

 

Но как только эфир закончился, меня отослали вниз чистить и нарезать сначала лук, потом томаты. Приставили меня к молодому телу по имени Алёша. Его я сразу полюбила, потому что быстро выяснилось, что все это время он был уверен, что мне 20 лет. Никаких комплексов на тему возраста, как я считала, у меня нет. Так что придётся ещё себе объяснить, что же это я так обрадовалась этим 20-ти в свои тридцать.

Я яростно и красиво чистила лук. Потом так же яростно, но уже не шибко красиво его резала на специальном станке. Кстати, где у него родная держалка, господа — начальники, а? С этой вообще неудобно, сами посмотрите и исправьтесь.

Потом я как завзятый томатоненавистник кромсала помидоры. У них полагалось отрезать попки и выбрасывать. Попки мне было жалко и сначала я их ела. Потом начала потеть томатным соком и есть перестала. Надо бы что-то с этим придумать, что-нибудь рационализаторское.

Потом я чуть не поскользнулась на трупах пары луковых полуколец. Но убирать их самостоятельно мне Лёша запретил. Оказалось, для этого на кухне есть специальный человек — красивая узбекская (хотя в национальности я могу ошибаться) девушка со сложным именем. Она подмела и вернулась к мытью посуды. Посуда только закончилась, когда вдруг прибежал Димас и припер гору каких-то контейнеров. «Дима, я вообще-то человек, а не робот», — сказала девушка, и хоть во фразе были упрёк и раздражение, вот это «Дима», а до этого ещё один раз «Алёша» у неё почему-то получались очень нежными, умеют же некоторые женщины так ругать. Я вот и хвалю порой как-то обидно, а тут упрёк, а какой ласковый!

Кстати, о женщинах. На кухне меня сразу предупредили, что их тут обсуждают по-полной, так что я должна быть готова и не смущаться. Это было очень мило, потому что после рождения детей память не отшибает, и все в основном помнят, что этому предшествует, что мальчикам нужно от девочек и — что уж греха таить — порой и девочкам от мальчиков.

 

Не знаю, может, самцы всё-таки меня смущались, но девушек при мне так ни разу никто не обсудил. Хотя готовили меня по-полной. Рассказали в частности про код «три девятки», который ничто иное как зашифрованное «Внимание, красивая телочка». Услышав этот код, вся сборка задирает головы и ест глазами. Есть ещё код «шестерка», но вам лучше не знать, что это. И «12», но он за все время работы Салюта случился лишь однажды и был профессиональной гимнасткой. Наверное теперь, после того, как я все это вам рассказала, коды сменятся, а жаль.

А теперь догадайтесь, что чувствовала я, когда мне все это рассказывали. — Бинго! Я сто раз пожалела, что надела спортивный утягивающий топ (вот дура, надо было пуш-ап купить!), пожалела, что не сняла футболку, ведь голая спинка смотрелась бы куда привлекательнее в вентиляционной сеточке. Двести раз прикинула, тяну ли я на девятку и как высоко могу задрать ногу. Вечером полчаса крутилась у зеркала и решила, что гори оно все огнём, но я десятка.

Но это так, побочный продукт, на самом деле занималась я преимущественно едой. Разливала соусы (эх и тяжеленные пакеты!), обжигалась булочками, резалась ножом и поливала все малиновым чили. В перерыве ела в подвале гороховый суп, который сварил Лёша. Бомбический, кстати, хоть и без копчёностей. Лёша разливает суп сам, потому что когда ребята проявляют самостоятельность, то в нем тут же заканчивается курица. Леше 20 и он ушёл из вуза, потому что ищет себя. Правда, пока находит в подвале Салюта. Ему тут хорошо, потому что он, похоже, немного социопат. Социопатом сейчас быть модно. И Лёша модный, но мне кажется, что из него может получиться хороший повар. С Лёшей интересно разговаривать. Мы ведём неспешные беседы, пока вниз не спускается Дима. Дима матерится пять минут без остановки, а затем убегает обратно наверх — время ожидания бургеров 38 минут, в Салюте аврал.

После того, как Дима ушёл, Лёша матерится ещё какое-то время. «Выдыхай, можно не материться, он ушёл», — шучу я. Но Лёша и правда выдыхает и перестаёт материться.

Бородатый Дима очень славный, и, похоже, мат — просто его реакция избавления от стресса. Если вдуматься, не худший вариант. Изредка он выбегает с кухни, изрыгает напряжение и вновь возвращается на кухню собранным и дружелюбным.

Вот — дружелюбный — это очень подходящее для Салюта слово. Куча парней, которые намного лучше, чем кажутся. Они обзывают друг друга педиками, конечно, как это принято в мужских коллективах, но даже сквозь педиков проглядывает их общая интеллигентность.

До меня на кухне работала только одна девушка. Но, похоже, она была с яйцами потому что продержалась три месяца. У меня такого в планах нет. Работа действительно тяжёлая. Бургеры жарить — это вам не цветы нюхать. Снаружи этого не видно, но работа физически (и не только) очень изнурительная и подходит только молодым парням, с гибкой психикой, богатырской силищей и запасом доброжелательности. Мне уже через пять часов становится немного тоскливо, начинает казаться, что настоящая жизнь там, снаружи, а я тут режу лук. Но это, наверное, потому что мне уже не 20.

Сюда нужно бежать, если вдруг депрессия. Здесь вас ждёт полнотелый и разнообразный тяжелый труд, крутой коллектив и полное отсутствие рефлексии. Но после выздоровления лучше не задерживаться, а то она опять накатит. Хотя, может, это только у меня так. В любом случае здесь очень крутые бургеры и очень крутые парни.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *